По ту сторону чуда. Фантастико-юмористический детектив - Андрей Буторин

– Да я тебя… тебе… тобу!.. – заерепенился Брок-два, но Марфа снова хлопнула в ладоши:

– Мальчики! – И, дождавшись, пока сыщики успокоятся, продолжила: – Я все поняла, Олег. И я вовсе на вас не обиделась.

– А давайте на «ты»! – вырвалось вдруг у Брока.

– И на мы! – ревниво подхватил второй сыщик.

– Ну конечно, давайте, – опять засмеялась девушка, и оба Брока не смогли сдержать счастливых улыбок. – А на твои вопросы, Олег, я конечно же отвечу. И на твои, Олег, тоже, – предупредила она возмущение Брока-два. – Только, может быть, завтра? Давайте встретимся там же, в роще. Позавтракаете – и приходите сразу.

– Можно с дочкой? – спросил первый сыщик.

– У тебя есть дочка? – переспросила девушка, и в голосе ее что-то заметно дрогнуло.

– У него! У него!!! – обеими руками замахал на первого Брока второй. – А у меня нет. Никого нет – ни дочки, ни сыночка, ни жены, ни мужа. Только Мирон.

– Мирон? – качнулась Марфа, и «солнышко» рядом с ней испуганно задрожало.

– Помощник, – пояснил Брок-два. И для верности добавил: – Жених его дочери.

– Это еще неизвестно, – буркнул в ответ Брок-один, но Марфа все равно успокоилась.

– Так что, до завтра? – спросила она.

– До завтра, – ласково произнес второй сыщик, а первый поднял руку. Вспомнив, видимо, что Марфа – учительница:

– Можно всего один вопрос? А как ты думаешь, для Ивана и впрямь так важно найти невесту, что он готов ради этого провалиться сквозь землю?

– Невесту?.. – оторопело посмотрела на Брока Марфа. – Какую невесту? Он об этом пока и не задумывался, как мне казалось. У него другие невесты…

– Какие еще другие?

– Да я ведь вам говорила уже. Вон они, – ткнула вверх пальчиком Марфа.

Броки снова задрали головы. Им подмигнули звезды.

– А-а-аа!.. – протянули сыщики, хоть и не очень поняли иносказание девушки. А та сказала еще:

– И не под землю он провалился, а как раз наоборот, – снова посмотрела она вверх. – Я так думаю.

– Запутано тут все очень, – освещая тропинку еще одним подаренным Марфой светлячком, сказал Брок. – Непонятный этот Иван Берендеевич совершенно. Что ему надо? То он подался за невестой, то не за невестой!.. А если не за ней, то за кем? И, самое, так сказать, главное – куда? Все кругом говорят сплошными загадками.

– М-да… уж… – Второй сыщик был немногословен. После того как черноволосая красавица распрощалась с «близнецами», он погрузился в невеселые размышления. Правда, напарник шел впереди и выражения его лица не видел, но если бы увидел, то понял бы сразу: думал его «братец» о грустном. И, произведя несложные сопоставления и сделав напрашивающиеся само собой выводы, он бы непременно догадался, о чем, а точнее о ком именно грустит сыщик Брок номер два. Разумеется, о Марфе. О том, что их разделяет пропасть. Как возрастная, так и, в гораздо большей степени, реальная. Даже чересчур. Пропасть между двумя мирами. Между Вселенными. Между вообще не пойми чем. Правда, так уж вышло, что и они сейчас находятся на том же краю пропасти, что и Марфа. Но так ведь не может продолжаться вечно! Не должно, по крайней мере. Рано или поздно мостик на другую сторону будет переброшен. И первый, и второй Брок верили в это безоговорочно. Но согласится ли пойти по этому мостику Марфа? Да и почему она должна на подобное согласиться? С чего бы вдруг?..

Вот и размышлял Брок-два, захочется ли ему вообще возвращаться в свой мир без Марфы? Но, с другой стороны, оставаться здесь казалось еще невыносимей. Ведь он будет встречать ее, разговаривать, слышать ее смех, замирать от ее улыбки… И каждая такая встреча будет еще большей пыткой, чем если не видеть ее вообще. Или все-таки меньшей? Сыщик никак не мог решить это для себя. А оттого еще больше страдал и мучился.

– Ты не уснул там на ходу? – все-таки обернулся к нему первый Брок. – Все молчишь и молчишь… Погоди, не спи. Скоро придем. Может быть, по крайней мере я на это очень надеюсь, нас еще и ужином накормят.

– Я не хочу, – вяло откликнулся Брок-два.

– Конечно! Ты мороженого наелся. Зато я хочу. Причем сильно.

Мечтам сыщика об ужине суждено было сбыться очень скоро. Не успели «близнецы» ступить на освещенный множеством подобных Марфиному «солнышек» царский двор, как к ним тут же подскочил Сушик и обиженно запричитал:

– Ну где же вы ходите, господа? Царь-батюшка уже три раза вас на ужин звал!

– Мы не слышали, – мрачно пробормотал второй Брок.

– Мы были заняты, – дернул подбородком первый. – Мы обсуждали дело государственной важности, между прочим. Или для вас ужин кажется важней, чем поиски царского сына?

– Нет, – испуганно попятился главный придворный розыскник. – Но Государь повелел…

– Государь повелел в первую очередь найти его сына, – мотнул головой Брок. – А все остальное, так сказать, вторично. Хотя… – заозирался он, – найти мою дочь тоже не мешало бы…

– Да чего ее искать, – скабрезно улыбнулся Сушик. – Вон они сидят, милуются. – Он кивнул в сторону обвитой цветами беседки, стоявшей у самого края подворья. Словно нарочно, возле нее не было ни одного «светлячка», отчего сыщик не сразу ее и заметил.

– А-аа!.. – то ли обрадовался, то ли – что скорее – испугался он и помчался туда со всех ног, приговаривая на ходу: – Там же темно… Там же очень темно. Там же совсем темно! Что они делают в такой темноте?!

В руке Брок по-прежнему держал Марфино «солнышко» и, ворвавшись в беседку, поднял его высоко над головой. И закричал по привычке совсем не то, что собирался:

– Всем стоять! Руки за голову! Лицом к стене!

– Папа, не говори ерунды, – откликнулась с опоясывающей беседку лавочки Саша. – Тут нет никаких стен.

Стен и впрямь не было. Но густые заросли вьющихся растений создавали в темноте полное ощущение, что беседка закрыта со всех сторон. Так что сыщик не сразу и разглядел слившуюся с цветами красную блузку дочери. Зато он прекрасно рассмотрел сидевшего рядом с Сашей – очень, очень рядом! – Мирона. Брок шагнул к молодым людям и вытянул поближе к ним светящийся шарик. Теперь он очень хорошо видел и Сашеньку в красной блузке, и Мирона с лицом такого же цвета.

– Ага! – сказал сыщик. И замолчал, потому что все остальные слова позабылись.

Мирон шумно выдохнул и немного отодвинулся от Саши. Это движение вызвало у Брока рефлекторный возглас:

– Стоять!

– Папа, ну чего ты расшумелся? – фыркнула Сашенька, и решив, видимо, поскорей перехватить инициативу, сердито заговорила: – Нам что, нельзя уже поговорить с товарищем? Ты знаешь, как это сооружение называется? Бе-сед-ка. От слова «беседовать». Вот мы и беседовали. Ты ведь с дядей Олегом тоже беседовал, я ведь не поднимаю из-за этого шума.

– Я с дядей Олегом?.. – подпрыгнул сыщик. – Да я с ним о деле беседовал! Я с ним, так сказать, не запирался в темной комнате!